Объясню ассоциацию. Большинство тех, кто играл в компьютерные игры в 90-е годы, хорошо помнят феноменальный успех «пост ядерной» RPG Fallout и Fallout 2. Пост апокалиптические сюжеты вообще достаточно популярны — идея начать жизнь почти с чистого листа (но при этом все-таки не с пещер) — они всегда популярны и романтичны. А тут еще и хороший юмор, диалоги и атмосферность.

Игрушки были популярны настолько, что выросла целая плеяда людей, активно обсуждавших подготовку для выживания в глобальных катастрофах. Что там скрывать, я сам до сих пор стараюсь иметь НЗ из тушенки, спичек, соли и т.п.  Увы, Fallout 3, вышедший под крылом другой фирмы почти через 10 лет после 2-го, был относительно хорош, но намного более скучен и одноразов. Даже многим лень было его проходить до конца.

Fallout: New Vegas стал достойным продолжением изначальной линейки, его делали уже с оглядкой на ошибки третьей игры и, якобы, привлекая команду изначальных разработчиков, имевших уже давно в загашнике план этого сиквела. Получилось, как я уже и писал, вполне достойно. Прохожу с удовольствием.

А теперь — при чем тут Япония. Ни для кого не секрет, что в Японии чудовищная волна цунами накрыла побережье. Разрушения чудовищные. Мой друг-японист написал, что по его сведениям на протяжении 500 км. береговой линии на глубину 2 км. все выглядит как после ковровых бомбежек. При этом задело АЭС «Фукусима-1″, где из-за нарушения систем охлаждения нарушены процессы остановки уже 5 реакторов, в трех из них уже были взрывы то ли пара, то ли водорода, существует угроза «meltdown» — расплавления топливных элементов, при котором расплавленный уран уже практически нечем тормозить. Сообщают о выбросах радиоактивных веществ в атмосферу.

На «Чернобль» это еще, к счастью, не похоже, но тенденция уже опасная. Тем более, что реакторы там старенькие, далеко не самые, мягко скажем, безопасные. Люди в панике бегут с семьями, уже даже не доверяя официальным источникам о состоянии угрозы (что для японцев не слишком характерно).

Так вот, читая все это, понимаешь — что играть в Fallout живьем совсем не тянет. Тем более, что там-то главные персонажи жили в мире уже через многие годы после атомной войны, и то мир был весьма грязен и мертв. Пережить же сам, не дай Боги, процесс — не дано никому из нас ныне живущих. И это надо понимать и не романтизировать на тему катастроф — наша участь (если выживем при катаклизме) — доживать грустные дни в убежищах (если бы их, конечно, кто-то еще построил).

А теперь про экономику.

Взрыв на АЭС "Фукусима-1"

Как и следовало ожидать, новый пузырь, сформировавшийся под влиянием дешевой ликвидности, не замедлил начать со свистом сдуваться при первых новостях еще о цунами. Но если строительные и некоторые другие фирмы наоборот противоходом росли, то новость об АЭС «Фукусима-1″ убила и их котировки. Даже экстренное вливания более чем $200 млрд. наличности в экономику Японии не спасло фондовый рынок от обвала. Что не могло не ударить по фондовому рынку во всем мире, который упал на 5-6% по основным индексам. Котировки компаний, имеющих в активах АЭС, падают на десятки процентов.

Зона угрозы

АЭС в Европе и США — это сила. На них приходится от 20 до 50% вырабатываемой электроэнергии. Соответственно, сообщения властей, например, Германии, о приостановке работы старых реакторов (а их новых не так и много) до выяснения новых подробностей их безопасности — привело к феерическому дефициту электроэнергии.

По слухам, цены на нее подскочили сразу на 20-25%, and counting. Судя по всему, наплевав на традиционную экологию, сейчас готовятся раскочегарить котлы все более или менее приличные ТЭС и ТЭЦ, ранее работавшие только на маневре в пиках. Конечно, при этом все закричали о необходимости срочно начать строить побольше «зеленой» энергетики (ветер, солнце), но это пока утопия — слишком дорогие технологии, тарифы пришлось бы неслабо так задирать даже в Западной Европе, не говоря про ее бедную восточную часть.

Вот такие вот «пироги с котятами», как говорит один знакомый поставщик энергооборудования из Хорватии.

Если японская экономика (и без того почти банкрот) накроется от этих событий окончательно, мало не покажется никому. И сырьевикам, и металлургам, и строителям… С точки зрения инвестиций, безопаснее сейчас переждать волну в чем-то поконсервативнее, чем акции. Либо, если готовы рисковать, наоборот скупать атомщиков и ждать, пока они оправятся от шока.

Все-таки, рынки сейчас все еще очень слабы. Любая «сложная» новость — и потери в 10-15% портфеля — легко

О технике безопасности замолвите слово

Хочу написать про интересную тему — про технику безопасности и охрану труда. В этом вопросе лично у меня, наверное, есть три ключевые точки, повлиявшие на восприятие темы: пиротехнические опыты с отцом в детском саду, общение с генеральным директором Teck Cominco (сегодня Teck Resourses) в 2008 году и приобщение к процедуре поведенческих аудитов предприятий ДТЭК в 2011 году. Но по порядку (интересное будет во второй и третьей части).

Ни что так не радует глаз, как второй глаз (с) с Башорга

I) Когда я был еще маленький, папа самоотверженно помогал мне в интересных любому мальчишке экспериментах: что-нибудь красиво взорвать, запустить, ну или, хотя бы, сжечь разноцветным пламенем. Даже горение пороха показывал, объясняя разницу между его поведением в закупореном пространстве и просто в кучке. При этом на вопрос окружающих, не псих ли папа поощрять такие развлечения, он отвечал в таком стиле: ребенок все-равно будет жечь и взрывать. Все так делают. Зато папа может грамотно объяснить что к чему (заодно сделав эксперимент интереснее) и проследить за соблюдением техники безопансости (ТБ).

Благодаря этому я как-то с детства понял о необходимости одевать защитные очки (чаще самодельные), не нюхать пробирки носом и т.п. Заодно вообще привык к мысли, что любое интересное действие допустимо, но надо думать головой о том, что при этом происходит и чем это может закончиться. Попутно как-то незаметно привык пристегиваться ремнем в машине, что делаю до сих пор.

На сверстников, лезущих глазками в банку с водой + карбид смотрел неодобрительно — глаза всего два, и оба полезные.

Но это прелюдия.

- «Технику безопасности я знаю как свои три пальца» (с) анекдот

II) В принципе, дальше лет так 15-18 особых подвижек мировоззрения не было, пока не свела судьба с делегацией топ-менеджмента Teck Cominco под руководством с мудрым гендиректором Дональдом Линдсэй. Причин было, наверное, три:

1) У большинства топов этой крупной (сегодня около $40 млрд) добывающей компании на мизинцах были стальные колечки. На вопрос о сути сего знака, рассказали поучительную историю. Оказывается, в Канаде инженеры-выпускники могут принять дополнительную «присягу Инженера» об ответственном подходе к работе. И в качестве знака этого — получают права носить кольцо. Но кольцо не простое, хоть и выглядит дешево. Сталь для него берется из обломков конструкции моста, при падении которого погибли люди. Лично на меня это тогда произвело сильное впечатление — у человека на пальце всегда напоминание о том, что от качества его работы зависит жизнь людей.

2) В ту же поездку пришлось нам как-то опаздывать в аэропорт. Ну засиделись за столом, с кем не бывает. Поскольку дело было в России, то выход из ситуации был использован «нашенский». А именно — распихать всех по «крузакам» и вприпрыжку помчаться по сибирским просторам. Вот только до аэропорта почему-то мы доехали за минус одним автомобилем. Как раз тем, что вез канадцев. Обеспокоенный, я стал звонить на телефон водителю — трубку никто не брал, а потом и вовсе аппарат стал недоступен.

Минуты текли напряженно. До закрытия коридора на вылет оставалось минут 15, а машины все не было. К счастью, минут через 20 после нашего прибытия показался и внедорожник с гостями. На водителя было жалко смотреть — он прятал глаза и всячески старался слиться с торпедой своего коня. Вышедший из машины гендиректор Teck сказал мне: «Александр, вы не ругайте если что водителя. Я, наверное, чего-то не понял. Но когда увидел, что стрелка спидометра перевалила за 100, то понял, что он явно нарушает скоростной режим. Тем более, на таких разбитых дорогах. И мы заставили его сбавить скорость. А потом у него звонил телефон — и он пытался его взять! Но это же тоже запрещено и небезопасно, так что телефон мы у него отобрали.»

Самолет вылететь успел. Уже провожая гостей в Домодедово, я заметил, что они пристегивают ремни даже на заднем сидении микроавтобуса. На мой удивленный взгляд, Дон Линдсэй сказал: «Александр, во-первых у меня есть семья, друзья. Моя жизнь. Глупо рисковать всем этим из-за пустяков. А во-вторых, как я буду требовать соблюдения техники безопасности от своих шахтеров, если сам нарушаю ее даже в бытовых мелочах?!»

Хотя я сам всегда пристегивался за рулем и на переднем сидении, это заставило меня задуматься. Ведь кроме того, что многие не верят в ремни, у нас как-то считается чуть ли не стыдным ими пользоваться. А на заднем сидении — так вообще «за девку сочтут». А тут — целый гендиректор крупной интернациональной компании — и не стесняется. И на понты он плевал.

3) Наконец, третий посыл от Teck я получил, когда ездил на их активы в Канаде. Над въездом на угольный разрез висело огромное табло с цифрами. Что-то чуть больше тысячи. Мы спросили что это. Оказалось, что это — сколько дней прошло с последнего случая травматизма на производстве. За травматизм считают любое обращение за помощью, оказание которой проводит более чем к 1 часу потерянного рабочего времени. Т.е. сильно ударив палец — уже считается.

Почти три года без даже небольших травм на тяжелом промышленном объекте, производящем миллионы тонн угля, где ездят 400-тонные самосвалы и т.п.! Почти три года! Кто разбирается в промышленности — поймет. На постсоветском пространстве при такой системе учета вряд ли кто выдерживает больше недели-двух. Мы еще с дуру спросили, а сколько у них смертных случаев на производстве. Так директор разреза чуть сам в обморок не упал. Вы что, как можно погибнуть на разрезе в 21 веке!

Оказывается, лет 5-8 назад с травматизмом и отношением к ТБ все было непросто и у канадцев (это был период безвластья и смены непонятных собственников). Когда новое руководство решило сфокусироваться на вопросе, то поставили ТБ даже психологически во главу угла. Каждая планерка начинается с отчета по ТБ. Каждый отчет в штаб-квартиру — с ТБ.  Везде — цифры по ТБ. Везде — предупреждения, плакаты. И вот результат. Несколько лет даже никто палец не повредил…

И при посещении объектов никому из топ-менеджеров не западло было каску одевать, очки, перчатки и сапоги с твердыми носками. Потому что — положено.

III) Ну и, наконец, «добило» тему в моем сознании уже знакомство с подходом к ТБ в ДТЭК, куда я перешел в 2010 г.

Прежде всего — оказалось, что и на постсоветском пространстве есть компании, которые почти 1 в 1 разделяют отношение к жизни столь поразивших меня канадцев из Тек. Т.е. большинство топов пристегиваются ремнями даже на заднем сидении (и, по мере надобности, заставляют пристегиваться окружающих). Да, это — «непонтово» и мнет пиджак. Зато — безопасно, да и окружающих задуматься заставляет.

Во-вторых, на каждом предприятии щитов, плакатов и цифр, связанных с ТБ — везде. Потому что работа по изменению сознания масс еще только идет, и путь еще непростой. Но за него когда-то серьезно взялись. Остальное я даже повторять не буду — логика та же, что и у канадцев. 1 в 1. Я даже пристыдился внутренне и тоже теперь слежу, чтобы и я и окружающие даже сзади всегда пристегивались.

А вот окончательно поразило уже другое. А именно, то, что все топ-менеджеры компании несут личную ответственность за улучшение ТБ и отношения к ТБ. И не важно, что, например, в моей прямой деятельности опасность представляет только возможность быть утащенным за галстук в шреддер. Обязан развивать ТБ везде.

А чтобы не было возможности увильнуть, а также чтобы реально показать людям на рабочих местах, что даже «белые воротнички» компании беспокоятся о том, носят ли люди очки-каски-респираторы и т.п. и не истек ли срок действия огнетушителя, каждый директор обязан регулярно выезжать на предприятия и там проводить «поведенческий аудит». При этом не столько с целью «поймать и наказать». Сколько с целью обнаружить и разъяснить. Выборочно и внезапно посетить некий прцех/участок и присмотреться. Увидел нарушение — поговорить с человеком. Спросить, почему он считает, что делает правильно. Знает ли он, какие были несчастные случаи на его и соседних производствах. По итогам беседы — либо похвалить человека, что он вес делает правильно. Либо направить на допинструктаж к своему начальнику.

Интересная концепция. Как-то раньше я с такой системой не сталкивался. Сама идея того, что абстрактный «большой дядя» из «центра», при чем не курирующий непосредственно производство, вдруг приезжает и внимательно изучает насколько безопасно работается (и насколько ответственно безопасно) на производстве — это впечатляет. И заставляет задуматься.

Вот такие вот размышления. А ведь, действительно, на самом деле — жизнь человека, она ценна. И глупо ей рисковать не за ради защиты своей семьи, страны или иного благородного дела. А чисто за понты, или за сэкономленную на ТБ копейку. Да, человек в защитных очках поверх обычных очков смотрится забавно. Зато глаза у него будет два. Да, можно попилить балку и подсвечивая себе фонариком в зубах. Но можно и не полениться наладить освещение участка работы и сохранить себе все пальцы. Несомненно, «круто» залихвастки курить в забое или на обогатительной фабрике, лихо кидая окурки в рабочие механизмы. А можно такими понтами сжечь и себя, и друзей и фабрику…

И об этом надо думать. Жаль, что пока еще психологически, подсознательно, слишком часто «понты»+авось еще давлеют над многими из нас… И тут важно не только подумать об этом самому. Но и заставить подумать об этом соседа.

Кроме банального интереса к осмотру различных промышленных объектов, в этом есть и глубокий практический смысл. И этот смысл я не устаю всеми путями доносить до всех своих сотрудников и слушателей моих лекций и курсов. А именно: если ты действительно не разбираешься и не представляешь себе, чем и как живет производство — ты никогда не сможешь представлять свою компанию вовне.

Особенно это касается сотрудников IR и PR подразделений. Можно прочитать тонны литературы, но не увидев в действии агрегатов, не поговорив с людьми, работающими на них, не поняв, что за сухой строкой какого-нибудь расходного коэффициэнта стоит вон та конкретная куча металлолома — ничего не поймешь.

Самое интересное, что внешние собеседники прекрасно это чувствуют. Более того, среди собеседников (журналисты ли, или аналитики инвестфондов) нередко попадаются те, кто либо не раз бывал на аналогичных производствах, либо даже работал в индустрии. И тогда первый же его уточняющий вопрос сразу раскроет пропасть между вами. И, поверьте опыту, если собеседник поймет, что вы — лишь ретранслятор некой агрегированной информации, и что за ней — не знаете — все, контакт с ним потерян.

И наоборот. В своей работе я часто прибегаю к такому приему: при возникновении сложного вопроса (либо вопроса, на котором стоит заострить внимание) начать эмоционально уходить в производственные детали. Желательно, с привязкой к людям на этом производстве. И если ты действительно знаешь о чем говоришь — то заряд энергии дойдет и до собеседника, будет им отмечен. Заставит задуматься.

И, напоследок, еще раз повторю мысль: при работе с внешними контактами вас либо воспринимают как попугая, пересказывающего чужие мысли и тексты. Либо как носителя информации и человека, который может всегда проанализировать что за ней стоит. Угадайте, какая позиция приведет к карьерному росту?

Поэтому сотрудников коммуникационных служб, которые после планерок способны на вопрос что там было ответить в стиле «Дребедень какая-то про какие-то комбайны» — надо увольнять сразу.

Впаривание банками юаня как средства приумножения богатств — это примерно из той же оперы, что впаривание их же инвестиционными подразделениями Гонконгской биржи как площадки для «супер успешных листингов». Я подробно когда-то останавливался на этой теме тут. То есть ничего принципиально хорошего там в обоих случаях нет (в случае с биржей — даже вреда больше), аналогов в мире — хоть отбавляй (юань недооценен примерно так же, как и украинская гривна — но в ней депозитов я за пределами Украины как-то не наблюдаю).

Единственная разница — игра на имидже Китая, как чего-то огромного и невперительно растущего. Огромный — да. Про рост — см предыдущий пост и пост о строительстве. С тех пор ничего не изменилось. То есть тут как в анекдоте про 50/50. Или вырастет, или лопнет.

82% инвесторов принимает решения по факту наличия прямой вязи с руководством компании. Вот может ему инвестор позвонить ночью – хорошо, ранним утром – еще лучше.

Кое что переврали, жаль, что не смог записать голос. Я там много хулиганил и был достаточно откровенным. Особенно о роли консультантов, точнее — их условной полезности.

Попробую перезаписать по памяти и выложить вместе с презентацией сюда на сайт на след. неделе.

Итак, всем, кто активно читает либо работает с деловыми СМИ:

Не все понимают, или не все задумываются, что на самом деле качество материалов в деловых СМИ зависит от трех важнейших составляющих. При чем под качеством имеется в виду интересность, грамотность подачи, информативность и достоверность материала:

1) Опыт и профессионализм лично журналиста, включая желание действительно проработать материал, а не просто его спихнуть;

2) Ресурс, позволяющий журналисту и его коллегам развивать многочисленные личные связи. Это связано и с личными характеристиками журналистов редакции (умение пролезать людям в душу) и с ресурсами редакции — от материальных до временных, позволяющих им это делать активно;

3) Подход к профессионализму самой редакции.

При чем важно: про третий пункт часто забывают, а он очень сильно влияет на содержание и подачу итогового материала.

Разберем значимость этих трех пунктов по порядку.

Про первый пункт — все очевидно. Журналист должен любить свою работу и иметь в ней нужные навыки. Иначе его палкой не заставишь вникать в суть информации, анализировать ее (вплоть до вычитывания энциклопедических материалов), анализировать и сравнивать с другой информацией. В России на это еще часто накладывается проблема возраста — особенно в изданиях второго эшелона и новостных лентах.

Учитывая не самые высокие зарплаты и потогонную систему на работу туда идут люди едва ли не сразу после института — и только единицы из них действительно начинают работать качественно. Большинство же просто не понимает в силу малого опыта и юношеского максимализма необходимости тщательной и кропотливой работы. А также необходимости выверять свой материал и консультироваться с более опытными людьми. Вот и получаются статьи и заметки, над которыми старшие представители самой индустрии (про которую написали) смеются в голос. А ведь нередко часть ошибок можно было бы не допустить тупо воспользовавшись Яндексом/Гуглом или Википедией.

Второй пункт позволяет собственно делать две важные вещи: получать темы и возможность их раскрыть, и выверять информацию. Дело в том, что любое мало-мальски серьезное СМИ обязано иметь несколько источников темы, особенно если изначальный источник должен остаться анонимным. Так вот, чтобы узнать о чем-то новом (инициировать материал раньше конкурентов), подтвердить эти факты другими источниками, собрать интересные детали и осуществить выверку/коррекцию сути у умных собеседников — нужны связи. Личные связи.

Имеется в виду возможность (в 90% случаев) просто позвонить и получить ответ. Чтобы этого достичь, нужно обладать неким весом в профессии (иначе кто с тобой будет общаться) и, самое главное, долго пользоваться ресурсом, позволяющим эти связи наработать. При чем тут имеет большое значение «куммулятивная» сумма связей сплоченного коллектива журналистов. То есть ресурс лучше чтобы был не только у пары «звезд», а у всех.

Понятие ресурса в этом смысле сложное. Это и то, как часто редакция командирует своих журналистов на различные форумы, конференции и выездные мероприятия (где они и знакомятся). Это то, как много они могут себе позволить свободного времени на «социальную» активность — потусоваться и пообщаться. Это и вес бренда редакции. Тут много всего.

Учитывая, что информацию охотнее всего «льют» банкиры и чиновники — возможность знакомства с ними ой как важна. А для этого необходимо хоть как-то хоть раз получить к ним доступ. Интересно, что на этом поле успехов на моих глазах достигали и седовласые «зубры» (которые за десятки лет естественно наработали немало) и молодые девушки, которые своей энергией пробивали столько, что оставалось только позавидовать такому энтузиазму. Впрочем, девушкам проще — чисто по половой причине нашего шовинистского общества

А теперь перейдем к третьему, самому забавному пункту. Увы, многие не задумываются о том, как на работу журналистов (даже успешно выполняющих первые два пункта) влияет их редакция. Потому что есть установки — и не волнует.

Особенно это стало выпуклым после кризиса, и особенно — среди зарубежных новостных агентств. Потому что конкуренция и падение прибыли. Отсюда редактор (иногда сидящий совсем в другой стране) может тупо приказать поставить такой заголовок, и так сместить акцент новости — что она начинает пахнуть уткой. Хотя была изначально основана на фактах и совсем о другом. Просто потому, что им надо сейчас вернуть к себе читателя. А потом разберемся…

Если такое имеет место, и накладывается на проблемы с первым пунктом — все, жопа. Новости этого источника лучше стараться не читать, либо читать их последними, чтобы не засорять мозг дезой.

К чему я все это написал? Просто, для суммы понимания. Новости, которые нас окружают (еще раз, я говорю о деловых новостях, другими не особо интересуюсь) — они не из воздуха берутся. При чем качество работ разных СМИ меняется со временем, в зависимости от их внутренних флуктуаций и от текучки персонала.

Сегодня для себя я ранжирую присутствующие в России СМИ следующим образом:

1) Ведомости

2) Коммерсант

3) Интерфакс и РБК Daily

4) Рейтер

5) Dow Jones

Где-то еще в этом списке надо поставить РИА-Новости, но я пока не понял для себя куда. Блумберг как бренд я уважаю, но в России у него стало как-то после кризиса совсем грустно — из-за проблем по всем трем пунктам, включая жесткий прогиб по третьему — слишком много передергиваний и уток.

При чем следует учесть, что газетам проще быть наверху списка — в отличие от лент они меньше спешат выдать текст, поэтому у них больше времени на тщятельную проработку. Жаль, что не все этим пользуются. Поэтому особенно приятно видеть неслабый рывок Интерфакса (по-крайней мере в области промышленности, с которой я связан), когда их тексты стали дейтвительно не только чисто новостными, но еще и проработанными и с аналитикой.

Разумеется, есть немало журналистов в этих и других изданий, которых я бы поставил выше, но в данном случае я оценивал не работу лично с ними, а именно информационный вес СМИ в целом — как я его читаю и получаю оттуда (достоверную и актуальную) информацию. Увы, иногда прекрасные люди сами по себе просто не в силах изменить все издание в целом.

А вообще, я люблю, при чем искренне, работать с журналистами. Среди них действительно много классных людей И жду комментариев журналистов и пиарщиков

Вот такие вот мысли. Вдруг кому пригодится. Для журналистов: я всегда открыт для помощи, вы же знаете. Будут вопросы, помогающие вам в работе, даже не конкретно про компанию, где я работаю — всегда велкам. Как видите, я-то понимаю почему такое содействие важно Впрочем, вы мою позицию и так знаете )

Да, из журналов (деловых) я читаю регулярно и с интересом:

1) Forbes (Russia)

2) РБК

3) Бизнес-журнал

Поскольку все уже свершилось и:

Акционеры ОАО «Мечел» привлекли 228,75 млн долл. за счет публичного размещения привилегированных акций…

то можно уже немного рассказать и о самом процессе. О том, как это делалось и почему про нас теперь в шутку пишут журналисты:

В обвале мировых рынков виноваты вовсе не проблемы Греции, не Китай и даже не Австралия со своим налогообложением, как наивно полагают аналитики. Падение, похоже, было предрешено с того момента, как «Мечел» принял решение в очередной раз выйти на рынок со своими привилегированными акциями.

Итак, немного истории. Привилегированные акции ОАО «Мечел» были созданы в 2008 году как весьма необычный для нашего рынка инструмент. Казалось бы, кого в России удивишь префами? Ан нет. Мы структурировали их как совсем-совсем equity-style инструмент, привязав дивидендную доходность не к фиксированным числам, и не к российским стандартам неконсолидированного бухучета, а к самой что ни на есть чистой прибыли всей группы, законсолидированной и проаудированной, по самому что ни на есть US GAAP! И не сколько-то там, а аж 20% этой самой прибыли на 25% уставного капитала в префах!!!

На секундочку, это — 80% выплаты акционерной прибыли…

В 2008 попробовали разместить их с премией к цене обычных акций (с такой-то доходностью это казалось логично). Но не учли того, что даже те инвесторы, которые внутренне согласны, что инструмент премиальный, на самом деле все равно хотят заработать. И побольше. Им за это деньги платят. А раз хотят заработать, то любое размещение должно быть со скидкой, иначе быстро не продать…

А там еще и рынки стали падать. Сперва бразильский железорудный гигант VALE (бывшый CVRD) пропылесосил рынок своим масштабным размещением, потом стал потихоньку начинаться кризис… А там и другие памятные события. В итоге с уровней выше$50 за обычную акцию мы скатились ниже $20 и стало ясно, что размещение подождет.

Весной 2009 года, когда обычка падала ниже $3, мы сумели использовать префы напрямую (для чего и предполагались) — в сделке по приобретению. Купили американскую компанию Bluestone Coal Group за 83 миллиона этих самых несомненно премиальных префов…

Еще через год акции выросли в 10 раз, до $30, так что новый крупный акционер Мечела (но в префах) — решил, что пора бы часть и разместить. А раз так, то пора нам, друзья, стало делать новое IPO. то есть, формально, оно конечно SPO, но так как инструмента на публичном рынке еще не было, а сам инструмент — совсем не то же, что и обычка, то получилось по всем статьям самое что ни на есть IPO.

Долго думали о бирже. В 2008 году мы путались разместиться во Франкфурте. Биржа солидная, высоколиквидная. К тому же там умеют торговать именно похожими на наши префами (а не fixed-income, какими они бывают в Великобритании). Только одна беда — слишком непривычно там видеть компании из России, народ недоумевает и приходится тратить время на объяснение такого хода. Ну и, опять же, еврозона, которая сейчас не популярна.

Решили снова идти в Нью-Йорк. А что — мы там уже торгуемся, биржа — самая ликвидная в мире, опять же — самые высокие в мире стандарты корпоративной прозрачности и ответственности. А у нас они уже внедрены — и Сарбенс-Оксли, и фин-48. Да и файлиться проще — опять же, уже вся инфраструктура и годовые отчеты есть… Правда, американская сделка зарегулирована по самые гланды. Не дай бог в презентации написать хоть одну цифру, которую нельзя доказать сотней документов… «Злые» юристы вычищают нашу прекрасную презентацию до стерильной штамповки, еле удалось отстоять пару ключевых стратегических посылов, например  — что мы четверные в мире по коксующемуся углю… А иначе — как работать, когда нет о чем сказать глобально?.. Но ничего, и через это прошли…

Короче, размещаемся в Нью-Йорке. Размещаемся «по-взрослому». То есть нужно было еще раз обежать всех мировых инвесторов и убедить их, что им этот инструмент будет полезен. Про юридические тонкости подготовки я лучше помолчу — никому здоровья такие сделки не добавляют. Но, суть да дело, отправилась наша презентационная команда 26.04.10 в путь. Покорять мировые рынки в самых их крупных гнездах. И понеслось!

Понеслось все с вулкана Эйфляно…фигли (я не выговорю этого слова!), из-за которого пришлось заранее прорабатывать альтернативные маршруты, вплоть до использования поездов в Европе и перелета в США через Сингапур (!!). Ох, не зря Жэром выпустил эти прекрасные часы! Очень хочу, но фигли когда достану… Ведь из-за этого вулкана реально срывались мыссы сделок на рынке — мимо Лондона особо не проскочишь — там крутят большие деньги как раз те, кто вкладывает их в Европу и «развивающиеся рынки» (включая Россию). А как раз Лондон-то и прижало пеплом… Но, к счастью, к нашему роад-шоу рассосалось…

13.05.2010 я дал про сделку интервью Рейтеру (Reuters), но, увы, они выкинули много интересного в целях экономии места, поэтому напишу тут поподробнее.

Объехать нашей команде предстояло Москву, Лондон, Франкфурт, Стокгольм, Хельсинки, Сан-Диего, Сан-Франциско, Лос-Анжелес, Бостон и Нью-Йорк. Где-то делились на две группы, где-то сливались обратно в нежных объятиях. Думаю, что мне пришлось понервничать на этом этапе больше всех — так как роад-шоу как раз моя сфера ответственности и мне потом с этими же людьми из этих же фондов ежедневно работать. Кроме того, я в такие моменты проявляю чудеса собранности и организованности (сам себя не похвалишь…), а народ — наоборот Но их можно понять — две недели настоящего роад-шоу — это не каникулы. Это вставать в 6 утра, весь день на переговорах, самолет, новый город — упасть в отеле, а утром вставать в 6 утра…

Одно хорошо, на выходных все-таки удалось расслабиться в Калифорнии, в том числе предприняв и морскую прогулку. Но об этом я напишу попозже, уже в раздел «Путешествия«.

Теперь о ходе сделки.

Сперва, как сделку объявили, обычные акции немного приупали. Точнее, это началось дня на 2 раньше — когда какие-то сволочи слили о начале сделки Интерфаксу, который, ясное дело, немедленно поставил это красной новостью «срочно в номер!». Я на них не в обиде — у журналистов жесткая конкуренция и ухватить такое раньше всех — подвиг. Но вот узнаю кто слил… Впрочем, это было ожидаемо. И то, что кто-то из банков или фондов слил, и то, что на таких новостях падение акций — вполне естественная реакция.Люди тут руководствуются двумя идеями: продать обычку чтобы потом переложиться в префы (расчитывая на дисконт), или зафиксировать прибыть, зная что кто-то будет сливать обычку, чтобы переложиться в префы. Будь мы компанией с небольшой ликвидностью (как наши конкуренты, торгующиеся в Лондоне) — можно было бы поверить, что нас «опускали» специально — чтобы еще больше в итоге сбить цену размещения и потом получить больше прибыли. Но с нашей ликвидностью в почти $100 миллионов в день — это уже надо мощно поработать. Не всякий сможет.

Тем не менее, мы сразу решили разделить обычку и префа психологически — а именно с первого же дня сделки установить диапазон размещения, чтобы люди поняли намек — есть понимание цены, она с обычкой более не связана и обычку уже «опускать» не надо. При чем в этом нас поддерживали многие «сэйлзы» банков (те, кто как раз инвесторам сделку продает), но не поддерживали сами банкиры — мол, надо еще посмотреть, вдруг боком выйдет… Я их тоже понимаю — им закрыть сделку важно, поэтому не хочется ошибиться. Плюс там в этотм момент и кроме нас еще народ IPO делал (или пытался делать, как показала история), поэтому кто его знает. Но мы, как обычно (зря нас что ли считают жесткими отморозками?), настояли на своем. И оказались правы.

После установки диапазона ситуация выправилась, и начались сами встречи с инвесторами.

Обидно, что Рейтер выкинул этот абзац, но я его напишу тут жирно: это было самое удачное и приятное роад-шоу «Мечела» за всю его публичную историю с 2004 года! Даже роад-шоу 2007 года, когда мы впервые превратились из региональной в глобальную компанию — и рассказали об этом миру — проходило не столь в ярких и оптимистичных тонах. Думаю, что не совру, сказав что около 90% инвесторов на встречах действительно выражали поддержку, неподдельно интересовались нашими планами и ходом освоения Эльгинского месторождения. Надо же, а ведь еще года 3 назад большинство их них даже не слышало слова «Якутия». А тут — узнают, на карте сами находят. Поехать туда хотят (летом)! Приятно. Почти каждый встреченный — буллиш на кокинг кол (в смысле, верит в перспективы роста потребления и цен на коксующийся уголь). И на нас, соответственно. Еще приятнее. Тем более, что чтобы выстроить отношения с многими из встреченных — понадобились годы.

Но, увы, не все коту валерьянка. Как будто мало было вулкана, в игру против нас (и всего мира) вступила Греция. При чем так мощно вступила, что за ней в бой чуть не рванули Испания, Исландия, Португалия… Все слабые европейские страны, понахватавшие долга. Им, кстати, дали меткое сокрашение PIIGS, что переводится как свиньи, но пишется как аббревиатура Это типа BRICK и т.п. Метко. В общем, рынки стали прилично так снижаться, практически ежедневно.

В итоге — несмотря на позитив встреч, народ в сделку не торопился — ведь каждый день снижалась цена обычных акций. А это означает, что человеку становится неинтересно покупать новые бумаги по схожей цене — ведь он может купить уже имеющиеся, про которые все понятно и у которых высокая ликвидность. А ликвидность, как выясняется с годами, имеет все большее значение для инвесторов в наши не самые простые времена. Это когда все росло и годы были жирными — можно было позволить себе покупать бумаги с умеренными оборотами торгов. Все равно продашь с прибылью. А вот в условиях, когда может захотеться выйти срочно, потому что надо спасать портфель, а объемы торгов не позволяют — это становится опасным.

Параллельно несколько компаний отменяют, переносят либо сильно уменьшают свои размещения. Опять, опять все против нас! На этот раз — совсем макроэкономически, но от этого не легче…

В общем, откатав большую часть поездки, стало понятно — по заявленному диапазону книгу заявок не собрать. При этом люди честно сообщали, что если диапазон чуть приопустить — то они придут. Что в итоге и сделали — в ночь перед последним днем сделки (с 5 на 6 мая) объявили о снижении диапазона с $21-27 до $16-22.4. Обычка в это время опустилась с $27,6 до $22,6.

И вот, 6 мая. Последний день сделки, когда все должно решиться. При этом запаса на перенос сделки практически не существует — нас подпирает «правило 135 дней» и российские национальные праздники, поэтому либо закрываться 6 мая, либо есть запасные дни 11-12, и все. Опять же, есть понимание, что если сделку не закрыть — то в третий раз рынок нас с этим инструментом уже не примет. В общем, мандраж еще тот.

Новый диапазон сработал хорошо. Часам к 14 по Нью-Йорку стало понятно, что сделке — быть. Даже появился шанс на некоторое повышение цены. Мы с банкирами даже успели поздравить друг друга, и вздохнуть спокойно…

Оказалось, рано. Поднявшись с утра до $23,11, наши акции вдруг стали снижаться обратно к $22. Начался «черный четверг» 6 мая 2010 года, который еще войдет в историю. Новые опасения за европейскую экономику, новость о новых шагах по «охлаждению» финансовых потоков в Китае… Народ принялся продавать все подряд. Дальше случилась до сих пор не выясненная история с опусканием акций Проктр-энд-Гэмбл сразу на 40%!!! А это, извиняюсь, крупный участник индекса Доу Джонс. Доу Джонс падает на почти 10% — падение, которого не было уже 30 лет! Наши акции падают ниже $20.

Тут надо понять еще такую вещь — у народа начинают срабатывать «стоп-лосс» заявки. То есть автоматом распродается все, что есть, лишь бы не потерять еще больше. Портфели управляющих на глазах дешевеют на миллиарды долларов. Весь рынок окрашен в красный цвет.

Как все-таки написали в моем интервью:

«После падения индекса Dow Jones… мы были вынуждены реструктурировать сделку, понизить цену и объем предлагаемых акций… И я до сих пор благодарен за поддержку, которую мы получали от инвесторов до конца дня».

Не удивительно, что теперь уже всем не до нашего IPO. Денег нет, спасти бы что осталось. Сделка разваливается на глазах. В 16:00 мы собираемся на совещание. Становится ясно, что нам — жопа. Встает вопрос о переносе сделки на следующую неделю — на завасные дни. Но ни у кого нет уверенности, что будет лучше. Банки и фонды в серьез дуамют о том, что началась вторая волна кризиса и что экономики Европы начнут падать как домино. В таких условиях есть опасность, что рынки просто закроются для новых сделок. Из полей приходит информация, что сегодня уже отменили 7 размещений…

В итоге принимается еще одно волевое решение — снижать нижнюю цену до $16. За ночь все, особенно банки, проявляют чудеса героизма. Обзванивают всех, кто еще или уже не спит и убеждают, уговаривают, доказывают… Конференц звонки каждые полтора часа. Спим по 30 минут… К утру Нью-Йорка становится понятно, что шанс есть, но еще чуть-чуть… Чуть-чуть приходит за 30 минут до крайнего срока. Крайний срок — открытие рынков. Надо либо давать сигнал, что сделка состоялась и акции начинают торговаться, либо опаньки… Все смотрят на минутную стрелку. Она движется как-то особо быстро…

Есть сигнал, что последний инвестор найден… Идут переговоры… Торг о цене — ве же не дураки, все понимают, когда имеет смысл поторговаться… Остается 1 минута 30 секунд… 90 секунд на решение судьбы сделки на несколько сотен миллионов долларов!

И наконец, слышен победный крик — «закрывайте сделку», но по $15, а что делать… Дальше — уже побежали юристы, что надо зафайлили, что надо оформили… В 9:30 начинаются торги нашей новой прекрасной бумагой с тикером MTLPR.

Правда, рынки продолжают падать и бумага начинает торговаться ниже цены размещения, но к концу дня выравнивается. А в понедельник и вовсе вырастает на 6% (обычка же восстанавливается сразу на 18%, отпустило!).

Так мы и разместились. Закрыта уже третья сделка по размещению акций с моим участием, но первая, где я не просто участвовал, а был одним из организаторов и ответственных. Сумма невелика — менее $250 миллионов, но все равно приятно. А кто может похвастаться в своем резюме, что закрывал IPO на не просто падающем, а пикирующем рынке? Рынке, вошедшем в штопор! Такой вот опыт.

Ну а дальше… Дальше даже не хватило сил идти делать торжественную церемонию на бирже. Попробовали устроить праздничный завтрак с шампанским — и то чуть не заснули за столом. Я с частью народа полетел домой, в Москву — даже не сумели толком напиться ни в аэропорту (где скромно пообедали в Бургер Кинге), ни в самолете — где всех отрубило с первого же бокала… Дак и долетели «насухо»…

Вот такая она, суровая правда жизни.

Отдельное спасибо хотелось бы сказать: банкам Ренессанс и Морган Стенли — они сделали большую и сложную сделку. Поначалу хватало споров и разногласий, но под конец они проявили чудеса героизма, за что спасибо. Юридическим консультантам с нашей стороны — Allen & Overi — которые были с нами круглосуточно, с сумасшедшей скоростью и производительностью отрабатывая тонны документов. Организаторам логистики и всей оргчасти роадшоу — Imagination. Если бы не они, мы бы либо повесились где-то в процессе, либо просто не долетели везде, куда надо… А также многочисленным управляющим и аналитикам фондов, которые встречали нас с искренней теплотой и поддержкой. Ну, и привет банкиру Коле Василькову

Ура, сделка закрыта. Да здравствуют новые сделки. Потому что жизнь у нас такая — на месте стоять нельзя…

Просьба журналистам при желании что-то написать на основе этого материала, либо переопубликовать его — сначала написать мне на a@tolkach.ru

Вот по этой ссылке доступно четыре видеоролика.

Третий — мое выступление по миноритариям, четвертый — общее обсуждение вопросов IR, где я жег большую часть времени

для тех, кому интересна тема связей с инвесторами.

Разглядывая очередной седой пучок волос, полученный в 2008 году на голосованиях акционеров — пожалуй, поверю.

Если получится, записи выступления выложу сюда завтра.

Цирковая макака Луша обыграла на бирже 94% инвестфондов

Именитые инвестиционные фонды проиграли на бирже обезьяне из театра «Уголок дедушки Дурова». Год назад она стала виртуальным брокером. Из тридцати кубиков, которые обозначали акции российских компаний, макака выбрала восемь. Получился инвестиционный портфель. Целый год эксперты наблюдали за изменением его стоимости. Результаты поразили даже скептиков…

«94% всех российских фондов проиграли обезьяне! Все были в шоке! Как же теперь получить бонусы, может, их отправить в цирк?» спрашивает Анисимов.

Клоунами Луша выставила многих серьезных аналитиков. Теперь они оправдываются новичкам часто везет.

Ну и соответствующий комментарий дрессировщицы:

«Вопросами экономики должны заниматься не обезьяны, а финансисты и политики. Если этим будут заниматься обезьяны, то нашей экономике грозит даже не кризис, а крах», — говорит дрессировщица Светлана Максимова.

Цирковая макака Луша обыграла на бирже 94% инвестфондов, ее портфель подорожал в три раза

время публикации: 10:14 последнее обновление: 13:48 Именитые инвестиционные фонды проиграли на бирже обезьяне из театра «Уголок дедушки Дурова». Год назад она стала виртуальным брокером. Из тридцати кубиков, которые обозначали акции российских компаний, макака выбрала восемь. Получился инвестиционный портфель. Целый год эксперты наблюдали за изменением его стоимости. Результаты поразили даже скептиков, сообщает телеканал «Вести». В прошлом году Луше предложили выбрать восемь пакетов акций российских компаний и вложить в них виртуальный миллион рублей. Медвежья макака — это порода обезьяны — поделила свой капитал пополам: одна часть пошла на госкомпании, другая — на частный сектор. «Обезьянке очень повезло. Это было дно рынка. Она удачно купила, и ее портфель вырос почти в три раза. При этом она обыграла весь рынок», — удивляется главный редактор журнала «Финанс» Олег Анисимов. За минувший год акции добывающих компаний, купленных макакой, подорожали примерно на 150%, телекоммуникакационных — на 240%. Но наибольший доход обезьяне принес банковский сектор — рост сразу на 600%. «94% всех российских фондов проиграли обезьяне! Все были в шоке! Как же теперь получить бонусы, может, их отправить в цирк?» спрашивает Анисимов. Клоунами Луша выставила многих серьезных аналитиков. Теперь они оправдываются новичкам часто везет.